Блюменбах установил пять главных «варьететов»
Блюменбах установил пять главных «варьететов» (рас) человеческого рода, дав их подробную характеристику: кавказскую расу (белую), которую он считал исходной, две крайние —монгольскую (желтую) и эфиопскую (черную) и две промежуточные — американскую (краснокожую), между кавказской и монгольской, и малайскую (коричневую), между кавказской и эфиопской. Таким образом, Блюменбах хотел дать также картину происхождения человеческих рас. В наше время это объяснение генезиса рас уже не выдерживает критики. Однако деление на пять главных рас вида человека в общем сохранилось и легло в основу современной антропологии...Исследование и сравнение признаков различия рас сделано Блюменбахом с большой тщательностью и на высоком научном уровне для того времени. Свое представление о человеческих1 расах Блюменбах хотел сделать доступным широкой публике, для чего написал популярную статью, в которой ученость скрашена тяжеловатым'юмором,— «Человеческие расы и свиные расы», опубликованную в 1789 г. в журнале для научных новинок («Magazin fur das Neuste aus der Physik und Naturgeschichte»). Блюменбах указывает на две важные ошибки в суждении о расах. Во-первых, обычно сравнивают таких контрастирующих представителей далеких рас, как «сенегамбский негр» и «немецкий Адонис», забывая о множестве «переходных» форм. Во-вторых, игнорируют то, что человек не единственный организм, у которого имеются расы. Эти мысли развиваются на конкретных примерах человеческих и свиных рас, между которыми показываются известные аналогии.В другой научно-популярной работе — «Изображения есте-етвенноисторических предметов» (2-е изд., 1810 г.), содержащей 100 гравюр, изображающих самые разные объекты, от червей до человека, с пояснительным текстом в 1—2 страницы, Блюменбах на первых 5 рисунках дает представителей основных рас в виде портретов выдающихся людей. Первый, представитель желтой расы, калмык Федор Иванович (см. рисунок), в детстве подаренный Екатериной II Баденской принцессе, воспитанный в Карлсруэ, долго живший в конце XVIII в. в Риме и прославившийся как выдающийся рисовальщик и гравер.1 Малаец и индеец — тоже высокоодаренные люди: «кавказская» (белая) раса представлена персом, а не европейцем, известным полководцем Юмла, а негры — знаменитым писателем и проповедником Кэпитеном. Свою заметку о нем Блюменбах заканчивает словами его биографа Мак-Хенри, считающего этого негра новым доказательством того, «что духовные способности не зависят от цвета кожи». Блюменбах собрал целую библиотеку книг, написанных неграми, которых он называл «наши черные братья».
В дальнейшем Блюменбах написал еще ряд работ по антропологии, из которых особенно важное значение имеют его краниологические труды (1790—1828 гг. и др.).
Таким образом, Блюменбаху принадлежит заслуга научного обоснования единства морфологического типа вида Homo sapiens путем подробного исследования и сравнения вариаций многих признаков.
Кроме этого большого сравнительноанатомического и морфологического труда об одном виде, у Блюменбаха, в сущности, нет сколько-нибудь значительных работ по сравнительной анатомии. Его крупной заслугой в этой области является создание курса по данной дисциплине, охватывающего в общем все достижения современной ему науки по этому предмету, но, конечно, уступающего знаменитому курсу Кювье, последний том которого вышел в том же 1805 г. (см. стр. 229 настоящей книги). Описание органов и их систем производится по функциям этих органов. Изложение часто носит конспективный характер и сопровождается многочисленными ссылками на литературу. Весь курс вмещается в один том, который по объему приблизительно равен одному из пяти томов «Лекций» Кювье.
Материал руководства разбит на 5 отделов. В первом рассматривается скелет, во втором — органы «натуральных» функций, среди которых на первом месте стоят органы пищеварения, печень, селезенка, почки и т. д. В конце отдела, довольно неожиданно, стоит рассмотрение пркровов. В третьем отделе находятся органы «жизненных функций» — это в основном органы кровообращения и дыхания, в четвертом —>- органы «животных функций», т. е. нервная система, органы чувств и миология. Наконец, в последнем, пятом отделе, рассматриваются органы размножения.
За исключением первого отдела (скелет), во всех остальных после позвоночных животных рассматриваются и беспозвоночные — представители насекомых и червей. Сравнивается тем самым кровеносная система, пищеварительная и т. д. у позвоночных и беспозвоночных (они называются Блюменбахом, еще по аристотелевской традиции, «животными с красной и с белой кровью»).Иначе говоря, Блюменбах не отличает гомологичные органы от аналогичных, хотя в некоторых случаях правильно гомологизирует части организмов, например крыло пингвина с косЧями передней конечности млекопитающих, что, впрочем, было установлено до него. Блюменбах также не понимает ясно, что такое морфологический тип, что еще в 90-е годы понял Гёте. Например, Блюменбах упорно продолжает настаивать на отсутствии межчелюстной кости у человека (§ 14), хотя он знал о работах Вик д'Азира и Гёте, открывших эту кость у человека. Для Блюменбаха, как и для Кам-пера, отсутствие этой кости служило доказательством отличия человека от животных, и в данном случае теологические соображения, а в связи с ними политические брали верх над научными. Поэтому он решался утверждать, что резцы у человека сидят в костях верхней челюсти, а резцы животных — в межчелюстной. Эту мысль он повторяет в упомянутой популярной книге 1810 г. («Изображения. ..») по поводу черепа оранга (№ 52), говоря, что эта «знаменитая» кость, имеющаяся у животных, даже лишенных резцов, отсутствует у человека и резцы у человека, как и все прочие верхние зубы, «просто прикреплены к обеим верхнечелюстным костям». Такое непонимание так называемого тогда «закона места», одного из современных трех основных приемов гомологизации, показывает, как плохо понимал Блюменбах в тй время идею гомологии. Нет, кажется, сведений, насколько он преуспел в этом в старости. В конце XVIII в., в учебнике естественной истории 1799 г., Блюменбах, признавая «лестницу существ» полезной основой для разработки естественной системы организмов, критиковал эту «\естницу», что понятно —он делает это в начале XIX в., т. е. в эпоху издания своего курса сравнительной анатомии. Серьезное рассмотрение этой идеи в «Опыте сравнительной физиологии» и сопоставление ее с «самой природой» обнаруживает «крайнюю недостаточность» и «множество пробелов» в учении о «лестнице существ». Так, например, птицы, по мнению Блюменбаха, как по своему внешнему облику (оперение и пр.), так и по внутреннему строению частей их тела крайне отличаются от всех прочих «животных с красной кровью», т. е. позвоночных, и «по правде говоря», занимают совсем особое, почти аномальное положение в органическом мире. Поэтому их лишь с трудом и как бы насильственно можно вклинить в такую «лестницу природы» («Kleine Schriften», 1800, стр. 4—5).
В этом рассуждении мы видим характерный пример того, как идея «лестницы существ» и сливающаяся с ней «прототипа» (см. стр. 48 настоящей книги), эвристическое значение которой признает и Блюменбах, толкая исследователя на проверку ее с помощью! конкретного материала, возбуждая вместе с тем возражения и протест против ее метафизической формы. Блюменбах еще не видит выхода из этого противоречия. Возможным такой выход стал только позже, рождая соответственно новые противоречия.
Рекомендуем почитать
