Крупную и своеобразную роль в развитии сравнительной анатомии в Германии сыграл Карл Фридрих Кильмейер (С. Fr. Kiel-meyer, 1765—1844 гг.). Родился он в селе Бебенхаузене близ Тюбингена. Отцом его был мелкий чиновник вюртенбергского герцога Карла. Уже в детстве обнаружились большие способности Кильмейера. По-видимому, в связи с.этим герцог определил его в школу своего имени—«Karlsschule»— в Штуттгарте, в которой соединялась средняя школа с высшей. Когда Кильмейер уже был студентом и изучал медицину, с ним одновременно учился начинающий тогда поэт Ф. Шиллер. Там же учился, будучи на 4 года моложе Кильмейера, Ж. Кювье (см. стр. 226 настоящей книги), с которым Кильмейер дружил и занимался естественнонаучными вопросами. После их разлуки обаятельный образ старшего товарища долго еще жил в душе Кювье. Так, например, 25 октября 1793 г. Кювье писал Кильмейеру из Парижа, спрашивая, чем он ему может быть полезен: «Я был бы весьма счастлив оказать услугу другу, которого я всегда считал своим учителем и гением которого я так же всегда восхищался, как любил его персонально; если бы Вы могли осуществить свое намерение приехать в Париж». Переписка друзей продолжалась ряд лет и представляет значительный интерес для истории науки. Об одном из писем Кильмейера, содержащем его эволюционные взгляды, речь будет дальше.
Кильмейер окончил Карлсшуле в 1786 г., защитив докторскую диссертацию по химии минеральных вод. После этого он еще два года совершенстовал свои знания в Гёттингене, слушая лекции Лихтлиберга, Гмелина и Блюменбаха, и путешествовал по Германии, знакомясь с научными учреждениями >и учеными.
С 1790 г. Кильмейер стал профессором зоологии в той же Карлсшуле. С 1790 по 1793 г. он читал курс сравнительной анатомии, с 1792 т., кроме этих лекций и лекций по зоологии, — еще физиологию растений, медицину, химию и организовал химическую лабораторию. В 1793 г. он произнес свою знаменитую речь о соотношении органических сил — единственное значительное научное произведение, которое сам издал. В 1794—1795 гг., в связи с закрытием Карлсшуле, Кильмейер работал на побережье Северного и Балтийского моря, изучая морских беспозвоночных. С 1796 г. он занял кафедру химии в Тюбингене, а с 1801 г. читал там также курсы по медицине.
В 1816 г. Кильмейер был вынужден, по состоянию здоровья, прекратить преподавательскую деятельность, несмотря на большой успех в этой области и известность не только в Германии, но и за ее пределами. Он занял должность директора государственного научного и художественного музея в Штуттгардте и заведующего личной библиотекой герцога, хотя не любил административной деятельности и относился к ней с известной робостью. В 1839 г. он вышел на пенсию, а в 1844 г. умер от удара.
После Кильмейера осталось ничтожное по объему иаучное наследство, напечатанное им при жизни: его докторская диссертация, 2 статьи по физико-химическому исследованию минеральных вод, упомянутая речь 1793 г„ одна небольшая речь 1834 г. о полярности у растений и еще некоторые мелочи.
Кильмейер как-то болезненно боялся публиковать свои сочинения. Он отклонял весьма выгодные предложения издателя Котты и просьбы других лиц и даже, начав однажды печатать одну свою книгу, взял обратно рукопись и уже набранные листы.
Лекции Кильмейера были известны по записям его слушателей и ходили по рукам. Некоторые из этих записей сохранились:—например Пфаффа по сравнительной анатомии 90-х годов, братьев Иегер (Jaeger, 1845) и другие, В 1840 г., при жизни Кильмейера, вышла книга некоего Мюнтера «Общая зоология, или физика органических тел», в которой будто бы излагались взгляды Кильмейера по вопросам общей биологии. Говорили, что это плагиат что Мюнтер использовал записи лекций Кильмейера, приписав их содержание себе, хотя в двух местах он и называет Кильмейера. Другие, например Бальс (Balss, 1930), считают, что, будь это плагиат, Кильмейер наверное выступил бы с протестом в печати (такой случай имел место, когда одну статью Кильмейера — о животном электричестве — напечатали без его ведома в 1794 г. в «Физическом журнале», т. 8). Так что правдоподобнее, что Мюнтер издал свою книгу с негласного разрешения Кильмейера. Возможно, что последний из политических соображений боялся выступать в печати с радикальными взглядами на эволюцию органического мира, неприемлемыми для церковников. Но почему он не печатал свои работы по зоологии, физиологии растений, химии и медицине, остается непонятным. По-видимому, он настолько не любил писать и так не давалось ему письменное изложение своих мыслей, что даже письма он многократно переделывал, о чем свидетельствуют варианты черновиков их на ту же тему и тому же лицу, сохранившиеся в его архиве. Мартиус, ученик Кильмейера, указывает на «странное» противоречие в его характере: внутренней силе и уверенности в себе в области научной мысли противостояла какая-то «робость и беспомощность» перед окружающим миром.
Рекомендуем почитать
