Жорж Кювье (George-Leopold-Chre-tien-Frederic-Dagobert Cuvier, 1769— 1832 гг.) происходил из протестантской семьи, жившей в небольшом городе Монбельяре близ французской границы. Этот город принадлежал до революции герцогу Вюртенбергскому, а потом был завоеван французами. Предки великого зоолога во время реформации переселились в Монбельяр из швейцарской деревни Кювье, откуда и произошла их фамилия. Семья не была богатой. Дед Жоржа Кювье был мелким чиновником, а отец — военнослужащим: он сорок лет состоял в швейцарском полку, служившим по найму Франции. Выйдя офицером в отставку, он жил в стесненных условиях на маленькую пенсию, которую потерял после революции. Пятидесяти лет он женился и имел трех сыновей, из которых старший умер, Жорж был вторым, а третий, Фредерик, впоследствии стал то же зоологом и помогал своему знаменитому брату.
Жорж был слабым ребенком. Его выходила мать. Ей он многим обязан и в своем духовном развитии. Кювье в своей биографии (см.: Flourens, 1856, стр. 170) сообщает о том, как мать следила за подготовкой им уроков, благодаря чему он был почти всегда лучшим учеником в классе; она приучила его рисовать, что сыграло большую роль в его научной работе, и развила в нем интерес к чтению исторических книг и беллетристики. «Так у меня возникла страсть к чтению и любопытство к всевозможным вещам, что стало главной побудительной силой моей жизни», замечает Кювье. Всю жизнь он любил и собирал книги, много читал литературы по искусству, по истории и художественной, не говоря о литературе по естествознанию, в которой он был очень начитан.
Вкус к естественной истории у Кювье появился благодаря тому, что он мог у одного из своих родственников получить для чтения полный экземпляр «Естественной истории» Бюффона, с томами которого он не расставался. «Величайшей детской радостью моей, — пишет Кювье, — было копировать изображения животных и раскрашивать их согласно описанию. Смею сказать, что благодаря этому занятию я настолько познакомился с четвероногими и птицами, что немногие натуралисты так хорошо знали этих животных, как я в возрасте от 12 до 13 лет» (см. там же). Биограф Кювье, Дювернуа, его родственник и ученик, добавляет к этому,что в то время Кювье даже пытался рисовать по описаниям Бюффона тех животных, которые не были изображены на гравюрах (Duvernoy, 1833, стр. 115).
Жорж Кювье отлично учился в местной гимназии, где он, между прочим, усвоил и древние языки. По окончании им гимназии родители надеялись устроить его в Тюбингенский университет для изучения богословия, так как в те времена карьера священника была выгодной. К счастью, по случайной причине, это дело не удалось, и попытки дать Жоржу высшее образование приняли иной, более счастливый оборот. Герцогу Вюртембергскому Карлу как-то показали рисунки Кювье и рассказали о его блестящих способностях. Герцог сразу же определил его в свою Академию в Штутгарте (так называемую Карлсшуле), куда Кювье и прибыл в мае 1784 г., в возрасте 14 с половиной лет. Карлсшуле была своеобразным военизированным университетом с пятью факультетами. Кювье избрал «административный» факультет, где изучались некоторые естественнонаучные предметы, что и привлекало Кювье, а также право, финансы, агрикультуры, технология и другие науки. Знание их впоследствии пригодилось Кювье при выполнении его административных функций.
Несмотря на то что обучение в Академии шло на немецком языке, которого Кювье при поступлении не знал — его родной язык был французский, он блестяще успевал в науках и быстро заслужил соответствующие отличия. Он продолжал увлекаться естествознанием — ботаникой и зоологией. Имея мало книг, он изучал преимущественно самые объекты, рисовал и описывал их, благодаря чему они прочно запечатлевались в его памяти. «Так, — пишет Кювье, — я нарисовал более тысячи насекомых, и хотя я уже давно оставил этот класс, я не забыл ни одного из них, изученных таким образом» (см.: Flourens, 1856, стр. 173). Он собирал также гербарий, содержавший в 1794 г. около 3—4 тысяч растений, когда Кювье прекратил занятия ботаникой.
В занятиях естествознанием Кювье был особенно полезен Киль-мейер (см. стр. 156 настоящей книги), который был на 4 года старше Кювье и, окончив Карлсшуле, некоторое время оставался при ней, обучая естествознанию гусаров и охотников герцога. Кювье подружился с Кильмейером и с восхищеним отзывался о его большом даровании натуралиста, считая его «одним из самых глубоких людей Германии». «Он научил меня делать вскрытия (животных, — И. К-) и сообщил мне первые идеи философской естественной истории», — писал Кювье в своей биографии (там же, стр. 174). Позже, когда Кювье стал знаменит и в славе своей далеко превзошел Кильмейера, он не забыл своего друга и учителя, приглашал его в Париж и выражал готовность быть ему полезным. Как повлиял Кильмейер на образ мыслей юного Кювье и чем ему обязан последний, остается недостаточно выясненным, тем более, что- документальные свидетельства об отношениях обоих зоологов очень скудны (ср. стр. 156 настоящей книги; см. также: Pfaff, 1858, стр. 23 и ел., 293 и ел.; Kohlbrugge, 1912, и др.). Из переписки Кювье с своим товарищем по Карлсшуле Пфаффом (в первые годы после окончания Карлсшуле) видно, что последний посылал ему записи лекций Кильмейера и что Кювье очень интересовался ими, а также непосредственно переписывался с Кильмейером, но эти:письма не сохранились. В 1797 г. Кильмейер показывал их Гёте* который восхищался рисунками Кювье, иллюстрировавшего в письмах свои зоологические наблюдения. Интересно отметить, что Кильмейер некоторое время вел работы, до известной степени параллельные работам Кювье: он пытался разбить линнеевский класс червей на самостоятельные группы и изучать в сравнительноанато-мическом плане органы разных животных, аналогичные по функции, но ничего не опубликовал из этой области.
Кроме Кильмейера, Кювье имел еще нескольких друзей, разделявших его естественно-исторические интересы, среди них тот же Пфафф, бывший года на 4 моложе Кювье, впоследствии издавший письма Кювье. Эти студенты образовали небольшой кружок натуралистов, который возглавлял «президент» Кювье, уже тогда проявивший свои административные способности. Друзья по очереди читали доклады; за лучший давался «орден», сделанный по рисунку Кювье, с изображением Линнея, системой которого в то время руководствовался Кювье в своих занятиях по классификации растений и животных. В период каникул кружок предпринимал экскурсии в природу и собирал материалы. О занятиях этого кружка писал член его, Пфафф, в своих воспоминаниях о Кювье (Pfaff, 1858, стр. 17 и ел.). Там же он сообщает о талантливости, об огромном трудолюбии Кювье, вспоминая, как он видел его ночью неподвижно сидящим над историческим словарем Бейля.
Рекомендуем почитать
