В архиве Хантера сохранилось начало «Трактата о животных»; во второй главе его идет речь о скелете, который рассматривается в восходящем порядке: от скелета низших животных к высшим. Издатель этого фрагмента (он вошел в I том «Essays and observations» Хантера, опубликованный в 1861 г.), Роберт Оуэн, предполагает, что этот «Трактат» опирается на материал музея Хантера, т. е. является как бы текстом к нему.
Менее счастливой оказалась судьба другой части наследия Хантера — его обширного архива. Говорят, что его свойственник (брат жены) и ученик Е. Хом сжег 10 томов научных заметок знаменитого хирурга, якобы выполняя его завещание (Ottley, 1843). Однако какая-то часть рукописей Хантера сохранилась в копиях, и позже, в 1861 г., была издана в двух томах под редакцией Ричарда Оуэна, назвавшего этот сборник: «Опыты и наблюдения по естественной истории, анатомии, физиологии, психологии и геологии». Здесь, наряду с небольшими заметками и фрагментами, например о монстрах (уродах), о физиологии чувств, о размножении животных, о растениях и т. д., имеются значительные по объему работы, как «Наблюдения по сравнительной анатомии». Это большой труд в 491 страницу, занимающий почти весь второй том «Опытов», посвященный систематике животных от млекопитающих до Radiata, представителем которых является красный коралл. Эти два тома «Опытов» показывают, как много Хантер трудился и думал над вопросами биологии и как много внимания он уделял сравнительной анатомии и физиологии.
Сохранился хороший портрет Хантера, исполненный знаменитым английским портретистом Рейнольдсом. Ему не сразу удалось написать великого хирурга, так как тот неохотно позировал. Но когда Хантер задумался над научным вопросом, Рейнольде заново написал его и этот портрет был признан весьма похожим. Гравюра с него здесь воспроизводится.
Переходя к сравнительноанатомическим трудам Хантера, надо прежде всего коснуться его общих воззрений на биологию в связи с медициной, о чем речь вскользь была уже выше. Для Хантера характерно, что свой курс лекций об основах хирургии (по стенографической записи он был издан в 1786—1787 гг. и вошел в пер вый том посмертного издания сочинений Хантера) он начинает с рассмотрения ряда вопросов общей биологии. В первой главе этого курса Хантер говорит о материи вообще, о материи живот ных и растительных тел, о различии живого и мертвого состоянии этой органической материи, он пытается понять разницу между живой и неживой (неорганической) материей. Переходя к вопросу об изучении строения организмов, Хантер говорит, что речь будет идти главным образом о человеческом теле. «Однако я часто буду вынужден, — пишет Хантер, — искать пояснения некоторым моим высказываниям, ссылаясь на животных низшего порядка, у которых структурные элементы легче различимы и менее сложны или у которых части не имеют той же структуры. Изучая одинаковые части разных организмов и рассматривая их различным образом, мы0 покажем, как используются эти части у человека, или по крайней мере мы обнаружим, что они не имеют того назначения, которое им обычно приписывалось. И так как человек является наиболее сложной частью животного царства, то следует сначала изложить общие принципы, которые свойственны всем существам этого царства, дабы быть лучше понятым, когда я дойду до самого сложного организма — человеческого» (стр. 253).
В этих словах ясно высказана мысль о пользе изучения сравнительной анатомии для понимания человеческого организма и общих биолого-зоологических сведений. Дальнейшие главы курса Хантера поясняют эти общие установки. Так, во второй главе говорится о «жизненном принципе», самом трудном вопросе естествознания, как поясняет Хантер. Он видит проявление его, т. е. жизни, в том, что живая материя не распадается, а сохраняется, и в том, что она способна к действию.
Третья глава трактует о крови. Хантер доказывает в то время новую мысль, что кровь не просто животная жидкость, а это живое вещество, очень важного биологического значения. В четвертой главе речь идет об организации и функции, в пятой — о питании, в шестой^—о мозге и нервах, в седьмой—о чувствительности, в восьмой — о животном тепле, вопросе, над которым Хантер много работал экспериментально, широко используя для сравнения также растения. И только в девятой лекции Хантер переходит к патологии, посвятив ее вопросу что такое болезнь вообще. Далее, наконец, развертывается изложение специальных вопросов хирургии.
Мы видим на примере этого курса, на какой широкой общебиологической основе строил Хантер изучение человека и его болезней. Занятия сравнительной анатомией были для Хантера одним из важнейших опорных пунктов этой основы. Опубликованные им аботы по сравнительной анатомии, как видно из заглавий, почти не имеют никакой связи между собой. Их, очевидно, надо рассматривать как более или менее законченные фрагменты той большой работы по изучению животного мира, которую вел Хантер. Размах этой работы, дополнительно к опубликованным автором статьям и книгам, характеризуют материалы его архива, рабочие записи и черновики предполагавшихся сочинений, напечатанные в вышеназванных «Опытах». Второй том их содержит набросок естественной системы животных, названный «Наблюдения по сравнительной анатомии» («Observations on comparative anatomy»); это плод, очевидно, не столько изучения книг, сколько самих реальных объектов, т. е. различных животных, анатомию, физиологию и отчасти экологию и поведение которых Хантер изучал.
Система Хантера, опубликованная поздно, в 1861 г., уже не могла повлиять на науку. Ее интересно было бы сравнить с системами конца XVIII в. и выявить прогрессивные черты ее, которые, вероятно, можно найти. Но это специальная задача, которой здесь не место заниматься. Отметим лишь некоторые общие высказывания Хантера, характерные для его эпохи. «Сравнительную анатомию может читать лишь тот, кто достаточно понимает в строении человеческого тела и общей организации животных, — так начинает он введение к «Опытам», — ибо если он не понимает стандарт (т. е. человека, — И. К.), то он не может понимать и вариаций его». В следующем абзаце он пишет: «Если я сравниваю человека с четвероногим (не рассматривая назначение частей его, которые заста вили бы меня равным образом восхищаться им), то это всегда заставляет меня думать о двух машинах одного рода, одной, еде ланной артистом, другой, являющейся подражанием первом, сделанной новичком». Здесь он ясно высказывает ходячую в его время идею о том, что человеческое тело есть высший образец животного тела. Однако в следующем же абзаце он ограничивает эту идею: «Человеческое тело не во всех частях своих является стан дартом для сравнительной анатомии». Так, для мозга человек при годен быть стандартом, но не для зубов. Они у него смешанного рода и стоят между зубами хищников и травоядных, и с этих животных надо начинать изучение зубов. Но несмотря на такую оговорку Хантер в основном держится в русле сравнительноана томической мысли своей эпохи, опирающейся на идею общего про тотипа.
Сравнительноанатомические работы Хантера имеют главным образом физиологический уклон — изучая строение органа, он прежде всего стремится понять его функции. Но это, конечно, не исключает и чисто морфологическое исследование, в том числе гомологизацию частей. В качестве примера такого рода работы Хантера мы кратко остановимся на его интересном исследовании интерсексов рогатого скота, так называемых фри-мартинах (см. рисунок). Хантер тщательно изучил половые органы нескольких экземпляров таких животных и установил, что есть формы, ближе стоящие к женскому полу, т. е. к корове, и есть, наоборот, приближающиеся к быку. Это было, насколько известно, первое срав-нительноанатомическое исследование животных такого рода.
Хантер изучал также изменения оперения у фазанов обоих полов в связи с возрастом, кастрацией и т. д. и указывал на аналогичные явления у людей, например изменения вторичных половых признаков у старух и т. п. Все эти опыты и наблюдения Хантера успешно были продолжены и развиты в XX в., в частности у нас М. М. Завадовским, в Германии — Гольдшмйдтом и другими.
Хантер следил за выходящими томами «Естественной истории» Кюффона, которому он посылал свои материалы о китообразных. В гвязи с проблемой вида и межвидовыми гибридами Хантер, как и Бюффон, интересовался получением гибридов от волчицы и собаки, имевшихся в Англии, и предполагал, что собаки произошли от волков. Предваряя Сент-Илера, Хантер также интересовался теми изменениями, которые происходят с собаками при одичании, — насколько у них восстанавливаются признаки предков, и думал, что постепенно они вернутся к сходству с исходными формами. Это наивное предположение вытекает, вероятно, из представления, что факторы среды прямо действуют изменяющим образом на организм и степень изменения зависит от длительности
воздействия.
Интересы Хантера и вопросы, над которыми он трудился, в некоторых моментах совпадают с задачами Бюффона, Добантона, Кампера и Вик д'Азира — людьми его эпохи, и исследования Хантера развиваются по ряду вопросов параллельно с их работами.
Ученик Хантера, анатом и хирург, профессор Хом (Everard Home, 1756—1832 гг.), продолжал его дело. Как исследователь он был известен своими работами по остеологии, раку, болезни простаты и по другим вопросам медицины. Он читал лекции по сравнительной анатомии в хантеровском музее, используя его коллекции для демонстраций. Эти лекции были изданы в 6 томах
за 1814—1829 гг.
Рекомендуем почитать
