Дальше Брони переходит к рассмотрению двух «основных законов» следования организмов друг за другом в истории развития органического мира. «Последовательность организмов от начала творения до появления теперешнего мира растений и животных определяется двумя основными законами. 1. Экстенсивно и интенсивно постоянно повышающейся (sich steigernde) самостоятельной производящей силой. 2. Природой и изменениями внешних условий существования, при которых должны жить организмы» (там же, стр. 86). Оба этих закона, как поясняет Брони, находятся в теснейшей взаимосвязи. Первый из них позитивен, второй негативен, если их рассматривать порознь. Оба закона действуют как бы параллельно и вместе с тем прогрессивно. В частностях позитивный закон многообразно модифицируется негативным законом, причем такие организмы, которые не соответствуют внешним условиям существования, не только не сохраняются (nicht bestehen), но также и не возникают (entstehen), не могут быть созданы.   Первый   закон   Бронна   утверждает   идею   автогенеза,шире —идею нарастающей, непрерывной производительной способности природы, так наглядно выраженной в биосфере. Точнее, первый закон говорит о способности органического мира к размножению, не пытаясь при этом объяснить сущность этого процесса. «Производящая сила», творя, как бы поднимается все выше с одной ступени на другую, и эти ступени соответствуют подразделениям нашей естественной системы. Второй закон, как бы поправляющий и направляющий действие первого, по своему смыслу до известной степени приближается к идее естественного отбора, однако тоже не объясняя сущности этого явления. Утверждение, что организмы, не способные жить в определенных условиях, также «не могут быть созданы», носит телеологический оттенок и лишь отчасти соответствует действительности: мы ведь знаем, как много возникает форм гибридов и мутантов, не способных выжить в окружающих условиях.
Бронна интересует, как определять степень совершенства различных организмов. Он подробно останавливается на этом вопросе, с разных сторон рассматривает его, в частности развивая идею Бэра о различии между высотой развития разных классов животных и высотой развития разных групп в пределах одного класса. Так, например, трудно сказать, какой класс членистоногих выше: насекомые, паукообразные или ракообразные. Среди этих трех классов есть виды более высокой организации и более низкой. «Есть, следовательно, типы вышестоящих классов и отрядов, которые менее совершенны, чем более совершенные и, быть может, чем самые несовершенные из ближайших нижестоящих» (там же, стр. 90). В конце книги, рассмотрев этот вопрос ня конкретном материале подробно, Брони поясняет эту мысль схемой ,[см. рисунок (///) на стр. 23] и пишет, что более высокие ветви (Aste) системы появляются лишь после более низких и что развитие групп организмов происходит таким образом, что более высокое ответвление (Zweig) какой-нибудь более низкой ветви системы появляется лишь после более низких и часто развивается позже, чем более низкое ответвление более высокой ветви. Если эти отношения образно изобразить, то получится древообразная схема системы, где более высокое или низкое положение различных ответвлений должно изобразить абсолютную высоту организации каждого отдельного ответвления, независимо от того, принадлежит ли ответвление более высокой или более низкой ветви. Так, ответвление а на самой низкой ветви А развивается раньше, чем ветвь В, однако ответвление с первой ветви — лишь после ответвления в второй ветви вместе с ответвлением с второй ветви В и третьей ветви С. . «Это явление, наблюдаемое почти во всех кругах (т. е. типах,-—И. К.) и классах системы: высшие классы более низкого круга, высшие отряды более низкого класса абсолютно совершеннее, чем наиболее низкие классы ближайшего более высокого класса (напомним амфиоксуса как низшую рыбу и осьминога как высшего моллюска)» (там же, стр. 482). Интересно, что приведенная древовидная схема Бронна, по-видимому, предваряет прославленные родословные деревья Геккеля, из коих первые были опубликованы им в «Общей морфологии организмов» в 1866 г.
Брони   пытается   показать   различные    степени   совершенства природных тел с помощью их геометрических особенностей. Так, мировые тела, возникшие по закону притяжения, имеют форму сфероида; форму кристаллических минералов, образованных благодаря химическому сродству, можно назвать призмоидом. Парадоксальнее геометрия органических тел. Растение, которое растет в двух противоположных направлениях и у которого нет определенных и необходимых боковых частей, может уподобиться вертикально поставленному яйцу и названо ооидом . Как у стоящего яйца, у растения есть вертикальная ось с разными полюсами. Все мыслимые боковые поперечные оси подобны друг другу, если лежат на одинаковой высоте. Иначе представляется Бронну геометрия животного. Их основная форма напоминает клин (Keil)—гемисфеноид , у которого мыслимы три разные взаимнопересекающиеся оси, из которых продольная и вертикальная оси разнополюсны, а поперечная имеет одинаковые полюса; благодаря этому различаются перед и зад, верх и низ в теле животного, тогда как правая и левая стороны принимаются за одинаковые. Речь идет, разумеется, о билатерально симметричных животных, к которым, как известно, относятся высшие животные — позвоночные, членистоногие и др. Надо отметить, что Брони вообще придерживался системы Кювье, дополнив ее еще типом аморфозоа (протозоа). Низшие животные уклоняются от формы гемисфеноида и приближаются к ооиду — медузы, морские ежи и т. д. «Мы считаем животный тип или по крайней мере его форму тем более несовершенной и низкой, чем более она приближается к ооидной форме растения» (там же, стр. 91). Эти геометрические спекуляции Бронна восходят к натурфилософским идеям его старших современников — Окена, К. Каруса и др. Вместе с тем Брони до некоторой степени предваряет «проморфологию» Геккеля (см. стр. 74), направление мысли (невзирая на его недостатки) несомненно продуктивное. Это попытка охватить научной мыслью вопросы общих принципов структуры органических тел, и прежде всего вопросы их симметрии.2
Но степень совершенства организмов устанавливается не только на основании общего облика их тела, но также благодаря особенностям строения и расположения в теле различных органов или частей организма. В этой области Брони изучил и обобшил огромный материал, о котором он пишет как в данной книге, так и в «Морфологических изысканиях», книге, упомянутой выше. Брони не первый занялся этим вопросом. О нем еще писал Аристотель, а в XVIII в. Бюффон и другие натуралисты, в частности и Гёте. Параллельно с Бронном над этим вопросом трудился Анри Мильн-Эдвардс (см. стр. 7), причем он и Брони сначала работали, по-видимому, независимо друг от друга и пришли к сходным общим выводам. Принципами для установления большего совершенства организмов животных (по Бронну) являются следующие: 1) степень «разделения труда» между органами, их большая дифференцировка; 2) редукция числа гомологичных (го-монимных) органов, например конечностей, зубов и т. д.;3 3) и 4) концентрация и централизация гомонимных органов, например нервной системы, гонад и т. д.; 5) погружение в глубь организма и тем самым лучшая защита некоторых органов, как жабры и др.; 6) увеличение размеров частей и целого.